Eng
Интервью

«Искренности хамства я предпочитаю фальшивую вежливость»

23 сентября 2011 г., Газета «Известия»

22 сентября в Париже российскому режиссеру Андрею Кончаловскому вручили орден Почетного легиона. Самую престижную награду Франции он получил из рук бессменного президента Каннского кинофестиваля Жиля Жакоба. Накануне церемонии вручения Андрей Кончаловский рассказал о некоторых рецептах своей французской жизни корреспонденту «Известий» Юрию Коваленко.

— У вас с Францией всегда были привилегированные отношения.

— Прежде всего многое связано с Каннским фестивалем, в котором я несколько раз участвовал и своими фильмами, в частности, «Сибириадой», «Курочкой Рябой», и как член жюри, и как председатель жюри документальных фильмов. Наконец, у меня двойное гражданство — российское и французское.

— В начале 80-х годов вы приехали на берега Сены снимать кино. Не получилось?

— Не получилось, потому что тогда за границей жили либо диссиденты, либо агенты. Поскольку я не был диссидентом, то меня стали считать агентом. Мне это очень помешало. Если бы у меня была возможность, я бы снимал кино во Франции и не поехал бы в Америку. Если бы я начал работать здесь как режиссер, может быть, сделал не голливудскую, а французскую карьеру. Поскольку здесь не сложилось, я вынужден был отправиться в Голливуд. В середине 80-х я вернулся в Париж, чтобы ставить спектакли и оперы.

— Помню, что на главную роль в «Чайке» вы пригласили никому не известную Жюльет Бинош.

— Это был 1986 год. Потом поставил в парижской Опере Бастилии «Пиковую даму». В дальнейшем мои оперные интересы перекинулись в Италию, и я стал работать в «Ла Скала».

— Словом, Франция — ваша вторая родина?

— Я так сказать не могу — родина одна. Франция всегда была частью моей культуры. Бабушка была наполовину француженкой. Дедушка (известный художник Петр Кончаловский. — «Известия») учился в Париже, принадлежал к фовистам.

— Что лежит в основе взаимного притяжения русских и французов?

— С точки зрения литературы и искусства Франция для русского всегда была интеллектуальным манком. Русские художники и артисты многое из Франции восприняли. Точно так же и Россия является манком для француза. Ему нравится приехать в Москву и напиться как свинья. У француза есть стремление скинуть с себя присущую ему цивильность. В России его манит безбрежность всего на свете — начиная от морали и кончая пространством. И это понятно, потому что француз живет в стране с чрезвычайно строгими рамками. Форма для него важнее содержания, а у русского как раз наоборот. Это взаимное тяготение связано с тем, что они друг друга очень дополняют.

— Какой подход к жизни вам ближе?

— Трудно сказать. Искренности хамства я предпочитаю фальшивую вежливость. Россия со времен Петра делилась на русских европейцев и русских неевропейцев. Могу сказать, что я русский европеец, не западник и не славянофил. Однако я не считаю, что Россия должна быть как Запад, потому что это невозможно.

— Однажды ваш сын Егор заметил, что его дядя Никита Сергеевич Михалков — человек эмоциональный, а вы — рациональный.

— Мы оба мыслящие люди, но я человек более философского склада, а Никита Сергеевич — артист. Я люблю сомневаться, а он любит верить. Поэтому, когда я начинаю сомневаться, он мне говорит: «А ты не сомневайся! Ты главное — верь». Он очень религиозный человек. Для меня же вера должна быть проверена алгеброй.

— Во Франции каждый год при активной господдержке выпускают в свет сотни полторы фильмов. Но приличные картины можно сосчитать на пальцах одной руки.

— Дело не во Франции, а в том, что сегодня западная цивилизация помещает кинематограф на задворки европейской цивилизации. Франсуа Мориак сказал, что ХХ век будет веком футбола. Он ошибся на сто лет. Сегодня весь мировой рынок переключил внимание с потребителей-родителей на потребителей-детей. Сейчас кино в основном делается для тинейджеров, а классикой считается Гарри Поттер. Франция очень оберегает франкоязычную среду. Поэтому все фильмы на французском языке — какие бы они ни были — сделаны с активной поддержкой государства. Это сознательная политика, которая не дает французскому кино загнуться в условиях, когда хочет доминировать Голливуд. Ему не нужны русские и французские фильмы, ему нужны русские и французские зрители. Поэтому Франция в этой ситуации довольно успешно противостоит голливудской монополии.

— В какой степени противостоять Голливуду удается русскому кино?

— Это бессмысленно делать, когда нет поддержки государства. Можно сказать, что русский прокат целиком захвачен Голливудом. И власти не осознают тот вред, который этим наносится. Мы можем потерять зрителей, которым интересны фильмы про русских людей.

— Какие русские режиссеры вам наиболее интересны?

— Александр Сокуров, Андрей Звягинцев, Олег Погодин, Сергей Лобан, который снял «Шапито-шоу».

— Ваши ближайшие театральные и кинопроекты?

— Начинаю готовить постановку «Трех сестер» в Театре Моссовета, на сцене которого у меня идет «Дядя Ваня». Кроме того, я должен ставить оперу «Борис Годунов» в Валенсии. В кино у меня есть огромный проект фильма о Сергее Рахманинове — пусть проекту уже много лет. Я еще в консерваторию поступал с Рахманиновым — поэтому мне сам Бог велел сделать этот фильм.

— В вашей программе, кажется, и новый «Глянец-2» с Димой Биланом?

— Про Билана это все сплетни. Я думаю о «Глянце-2», но о Билане речь не идет. Если «Глянец» был сделан о начале нулевых, то сейчас ситуация «усугубилась», и интересно посмотреть на то, что произошло с героями — супружеской парой. У меня Билан пел, но не играл. Картина, на мой взгляд, получилась — хотя ее многие ругали. Впрочем, все мои фильмы ругают, так, наверное, и должно быть.

— Вы согласились бы возглавить Таганку?

— Я бы не хотел возглавлять ни один театр мира. Театр нужно вести, а для этого надо иметь оглашенную преданность делу. Я не руководитель. Я могу сделать спектакль, но хочу иметь возможность, как говорил Пушкин, «по прихоти своей слоняться здесь и там, дивясь божественным природы красотам... вот счастье, вот права». Вот главное, о чем можно мечтать. И будучи эгоистом, я эти права оберегаю.

— В чем, с точки зрения режиссера, ошибка Михаила Прохорова? Ошибся с кастингом?

— Он думал, что можно быть абсолютно искренним и оставаться самим собой. В политике так нельзя. В ней надо играть. Сейчас он будет этому учиться.

— Какой рецепт вы привезете из Франции для ресторана «Ёрник», который открыла ваша жена Юлия Высоцкая?

— Мы посетим с Юлей несколько парижских кондитеров в надежде получить от них рецепт настоящего парижского круассана.

Александр Бородянский Андрей Тарковский искусство BBC кино кинематограф классическая музыка композитор демократия Дмитрий Быков документальный фильм Единая Россия выборы творческий вечер Евгений Миронов художественный фильм Фильм Глянец Hello история Голливуд Дом дураков индивидуальная ответственность Италия знание Meduza деньги Москва музыкант дворяне Оскар личная ответственность Петр Кончаловский пианист политика проект Сноб Pussy Riot ответственность Поезд-беглец Сергей Рахманинов общество государство Святослав Рихтер Дядя Ваня деревня Владимир Путин Владимир Софроницкий Запад женщины Ёрник авангард Азербайджан АиФ Александр Домогаров Алексей Навальный Америка Анатолий Чубайс Андрей Звягинцев Андрей Зубов Андрей Смирнов Анна Политковская анонимная ответственность Антон Павлович Чехов Антон Чехов Арт-Парк Белая сирень Белая Студия Ближний круг Болотная площадь Большая опера Борис Березовский Борис Ельцин Брейвик Бремя власти буржуазия Быков Венецианский кинофестиваль Венеция вера Вечерний Ургант видео Виктор Ерофеев Владас Багдонас Владимир Ашкенази Владимир Меньшов Владимир Соловьев власть Возвращение Возлюбленные Марии Война и мир воровство воспоминания Вторая мировая война гастарбайтеры гастроли Гейдар Алиев Грех Дарья Златопольская Дворянское гнездо демографический кризис Джеймс Уотсон дискуссия Дмитрий Кончаловский Дмитрий Медведев Дождь Дуэт для солиста Евгений Онегин Европа журнал земля Ингмар Бергман Индустрия кино интервью интернет Ирина Купченко Ирина Прохорова История Аси Клячиной Казань Калифорния Калуга КиноСоюз Китай Клинтон коммерция консерватория Константин Эрнст конфликт Кончаловский коррупция Кремль крестьяне крестьянское сознание Кристофер Пламмер критика Кулинарная Студия Julia Vysotskaya культура Ла Скала Лев зимой Лев Толстой лекция Ленин Леонид Млечин Ли Куан Ю Лондон Людмила Гурченко Макс фон Сюдов мальчик и голубь менталитет Микеланджело Михаил Андронов Михаил Прохоров Монстр музыка мэр народ национальное кино национальный герой Неаполь нетерпимость Ника Никита Михалков Николина Гора новое время образование Одиссей Олимпиада опера памятник Первый учитель Петр I Петр Первый Пиковая дама Питер Брук политические дебаты Последнее воскресение правительство православие президент премия премия Ника премьера произведения искусства Пугачева радио Рай РВИО религия ретроспектива Рига Рим Роберт Макки Родина Роман Абрамович Романс о влюбленных Россия Россия 1 РПЦ русская служба BBC русские русский народ Самойлова Санкт-Петербург Сапсан Сахалин свобода Сезанн семья семья Михалковых Сергей Магнитский Сергей Михалков Сергей Собянин Сибириада Сильвестр Сталлоне Сингапур смертная казнь социальная ответственность спектакль спорт средневековое сознание Средневековье СССР Сталин сценарий сценарист Сцены из супрежеской жизни США Таджикистан Танго и Кэш ТАСС творческая встреча театр театр Моссовета телевидение телеканал терпимость к инакомыслию Тимур Бекмамбетов Три сестры Тряпицын Украина Укрощение строптивой улицы усадьбы фашизм феодализм фестиваль фонд Петра Кончаловского футбол цензура церковь цивилизация Чайка человеческие ценности Чехов Чечня Шекспир Ширли Маклейн Щелкунчик Щелкунчик и крысиный король Эхо Эхо Москвы юбилей ювенальная юстиция Юлия Высоцкая Юрий Лужков Юрий Нагибин